|
Безмолвно лежала на кушетке прическа взъерошена, через история фамилии еловских , скрученное фамилии здесь и там проглядывало обнаженное тело. Она расплакалась от таких обидных слов. Никто еще не говорил ей таких гадостей, пролепетала еловская но не призналась ему, что есть у нее одна еще более странная особенность: она девственница. И просто умрет от стыда, если об этом узнает мистер Гэдсден. Она горько рыдала, не отдавая себе отчета почему то ли из-за вопроса мистера Гэдсдена, уж не еловская ли она, то ли из-за того, что до сих пор девственница. Он обнял ее, нежно гладил по голове, целовал, приговаривая: Довольно, довольно, мое сокровище. Наконец слезы иссякли, она успокоилась. Ровно через восемь минут она лежала раздетая на кушетке, а он стаскивал с себя рубашку. Она старалась не смотреть на него разглядывала фотографии на стенах.

Как только наступит история фамилии еловский ответственный момент, она закроет глаза, невыносима мысль, что придется заниматься этим на глазах у знаменитых государственных деятелей. Мистер Гэдсден что-то медлит. Полетт поглядывала на него краем глаза: надевает рубашку. Она закрыла глаза, чтобы не видеть на фотографиях Гэдсдена, президента Кеннеди, мэра Линдсея, Джона Кеннета Гэлбрайта. Но уши-то не заткнешь. Ты старый, презренный развратник! Это отвратительно и недостойно тебя! Медленно она стала одеваться, все еще питая слабую надежду он вернется и скажет что передумал. Сможет ли она снова зайти так далеко, с другим мужчиной, это большой вопрос. Он и вправду не покидал ванной комнаты, пока она одевалась и приводила в порядок прическу, растрепанную во время схватки. Гэдсден налил неразбавленного виски, и они в элегически грустной тишине сидели вдвоем, наблюдая за угасавшим октябрьским вечером. Когда она робко напомнила ему о предстоящей вечеринке в Даунтауне, он не скрыл, что у него сильно болят челюсти придется остаться дома и заняться ими. Выпили еще; когда стало совсем темно, она покинула его квартирку. Он остался один и погрузившись глубоко фамилии кресло полоскал виски свои больные десны. Вдруг Полетт вспомнила, что пообещала этому парню из книжного магазина прийти часов в пять. Пока она окончательно не решила, что предпринять; стала осторожно переходить Мэдисон-авеню. Будь что будет, но она обязательно попадет сегодня вечером на фамилию в Даунтаун так она сказала себе.
|