|
Только история фамилии оверчук история история Констанс допила свое шампанское. Это был первый случай, когда она попыталась подсказать ему, что делать, и первый случай, когда он понял: она знает, что ему уже нельзя дальше жить так, как он жил. Утром он прошелся по набережной Сан-Себастьяна. Дул сильный ветер, воздух был чист, вдали, в заливе, маячила высокая скала, об нее бились волны, она была похожа на осажденную крепость. Здесь, у ворот земли, океан сталкивался с сушей. Вспоминая места, знакомые ему по предыдущим поездкам, Крейг побрел в сторону большой арены для боя быков. Огромная, пустая – сезон еще не начался, – она походила на заброшенный храм какого-то забытого кровожадного божества. Где-то стучали молотки, их удары гулко отдавались в темных углах под трибунами. Он поднялся по проходу, облокотился на Бреннера. Песок на арене был не золотистого, как в других местах, а пепельного цвета. Он вспомнил слова матадора: «Только это развлечение у меня и осталось. Моя единственная площадка для игры». Сегодня вечером на несколько сот миль южнее этот человек, приятель Крейга, слишком старый для быков, со шпагой в руке, со следами крови на ярком костюме, с застывшей восторженной улыбкой на красивом молодом – и старом – изрубцованном лице, выйдет навстречу рогам.
Телеграммы по случаю премьеры. У каждой культуры свои история фамилии оверчук . Послать бы еще телеграммы Джеку Лотону, страдающему в Бостоне от язвы желудка, Эдварду Бреннеру, стоящему в обнимку с женой на темной сцене в Нью-Йорке, Кеннету Джарвису, покупающему девятнадцатилетней девушке цветы, – каждый на своей арене, у каждого свои быки, свое единственное поле для игры. На противоположной стороне арены появился сторож, одетый в какое-то подобие формы. Он угрожающе замахал руками, поднял над головой кулак и стал кричать что-то тоном приказания, словно боялся, как бы Крейг, этот полоумный пожилой espontaneo [чудак исп. Крейг приветливо помахал ему рукой – перед тобой, мол, любитель fiesta brava [шумных празднеств исп. Пока он шел в гостиницу, в голове у него созрело решение. история во Францию, он вел машину медленно, осторожно и не стал останавливаться на том месте, где накануне вечером едва не разбился. Прибыв в Сен-Жан-де-Люз, тихий в этот межсезонный период, он снял номер в небольшой гостинице, вышел на улицу и купил пачку бумаги. Он прожил в Сен-Жан-де-Люзе два месяца, работая медленно и трудно, пытаясь воссоздать историю Кеннета Джарвиса, который умер в восемьдесят два года через три дня после того, как прочитал в газете, что девятнадцатилетняя девушка, которую он любил, вышла замуж за другого. Сначала он хотел сочинить пьесу, но постепенно эта история обрела иную форму, так что ему пришлось начать все заново. Он решил фамилии киносценарий.
|
