|
Он не видел друга более трех значение фамилии моисеева и только сейчас понял, как по нему соскучился. Ворота, окрашенные фамилии жизнеутверждающий зеленый цвет, встретили гостя привычным скрипом, и Иван Давыдович, минуя небольшой чистый дворик, поднялся на крыльцо. Боковым зрением он заметил какую-то незнакомую фигуру, которая мелькнула значение огороде, но не придал значения. На его стук тут же отозвался голос хозяина: – Чего там! И через секунду на пороге появился Валька Кузнецов собственной персоной. Снегирев с фамилии посмотрел на друга. Казалось, со дня их последней встречи прошло не так и много времени, а Валька совершенно изменился. Куда-то исчезла так идущая ему легкая полнота, из широкого ворота рубашки торчала худая шея, голова почти полностью поседела, но главное изменение произошло с глазами: усталый потухший взгляд настолько не вязался с привычным образом закадычного друга, что Иван Давыдович невольно огляделся.
Сегодня дам информацию в прессе. Валька впервые в жизни наедине назвал старого друга по имени-отчеству, что это значило, Снегирев не знал. Его удивлению не было предела. Менты не спешат, мальчик в опасности. Тебе хорошо, твои-то при тебе, а мой. Да ты знаешь, что это такое? Ты меня всегда выручал, может, теперь и я сгожусь? Я здоров, и в доме все, тьфу-тьфу, в порядке. Я видел какого-то незнакомого мужчину. Он довольно по-хозяйски моисеева прохаживался. Да это же сын мой, Сенька, ты его после армии-то не видел, он такой. Этот совсем чужой человек был. Сенька это, Сенька, – заверил его Кузнецов и, чтобы перевести разговор, подошел к плите. Валька поставил перед другом чашку и налил заварку. Определенно с Кузнецовым творилось что-то не то. Старого друга было не узнать. Снегирев вслушивался в речь Вальки и не узнавал того стремительного речитатива, который был раньше свойствен Кузнецу. Тот испуганно взглянул на друга и тут же отвел взгляд. Валька встрепенулся и пошел навстречу. Снегирев встал и настороженно посмотрел в сторону двери. Через несколько секунд в проеме появился высокий тощий незнакомец. Он улыбнулся и кивнул Ивану Давыдовичу: – Здрасьте, дядя Ваня. Всеволод, чуть покашливая, прошел в дом, и где-то в дальней комнате скрипнула кровать. Снегирев подошел вплотную к другу и твердо произнес: – Валя, я сниму свою кандидатуру. Мне больше делать ничего не остается. Валентин испуганно вздрогнул, посмотрел в сторону комнаты, куда удалился сын, и умоляюще посмотрел на друга: – Ваня. Только ты не спрашивай, что и как. Одним словом, мне нужна была большая сумма денег. Понимаешь, у значение не было других вариантов, и я взял се под твои выборы, понимаешь. У нас были большие проблемы. И что они хотят от меня? Ничего, скорее всего, ничего. Но я объяснил, что деньги нужны тебе на выборы. Когда-нибудь я тебе все объясню.
|
