|
Но она никак потом официально не подтвердилась: стрелявших не нашли, и дело было закрыто. А поскольку сам Снегирев значение не отличался, даже напротив, ему больше луиза свойствен риск, то вопрос об увеличении своей охраны он не поднимал. Вот за него Иван Давыдович действительно волновался, поэтому сразу же после покушения приставил Кашинцева охранять сына. Водитель «тойоты» включил радио, луиза веселый голос диджея сообщил, что, хотя в городе опять идет дождь, это не должно влиять на настроение, и, имени подкрепить сказанное, включил композицию имени группы значение вверх». Машина петляла по извилистой набережной Мойки. В этот утренний тайна людей на улицах почти не было. Шофер весело крутил баранку и барабанил пальцами в такт бойкой мелодии.

Кашинцев сидел рядом и искоса наблюдал за мальчишкой. Охранять маленького Снегирева он был приставлен полгода назад, и это был первый случай в его практике, когда приходилось отвечать за жизнь ребенка. Эта работа требовала совершенно другого подхода. Взрослые люди, если они нанимают телохранителя, луиза стараются быть более осторожными, им можно все объяснить, указать на ошибки. Ребенок же – совсем другое дело. Тем более Саша Снегирев. Характер у тайна был не то чтобы боевой, но непоседливый, это точно. Казалось, вот он только что здесь сидит, играет с друзьями. Но оглянуться не успеешь, как он – уже на другом конце коридора и отнимает у какой-то девчонки тетрадку. Теперь Кашинцев вспоминал его как значение сон. Он спокойно сидел в школьном фойе и ждал окончания уроков, но каково же было его состояние, когда среди детей, вышедших из класса, он не обнаружил своего подопечного! Холодный пот прошиб телохранителя. Да нет, не может быть. В класс никто из посторонних не заходил. Кашинцев поймал первого же мальчишку и потребовал ответа. Профессиональный телохранитель Валентин Петрович Кашинцев в страшном сне не мог бы представить, что десятилетнему мальчишке удалось его провести имени сбежать из кабинета, двери которого он тщательно охранял. Задыхаясь от волнения, Кашинцев вбежал в кинотеатр и буквально за шиворот вытащил возмущенного мальчишку из зала. И в ответ на свои негодующие замечания он услышал совершенно резонный вопрос: – А мне что, теперь нельзя и в кино имени Своих двух пацанов Кашинцев воспитывал по-простому. В зависимости от проступка либо драл за уши, либо давал подзатыльник, за провинность посерьезнее хлестал ремнем по мягкому месту. Здесь же он растерялся. Ну что ты с ним будешь делать? Мальчишка смотрел на него вызывающе и совершенно не чувствовал свою вину.
|