|
Алексей выжал газ, машина взревела, но с места не двинулась. Николаев сделал еще пару попыток, но, поняв их тщетность, вылез из машины. Краснов последовал за ним. Они зашли сзади и, дружно взявшись, попытались протолкнуть машину вперед. Он стояла как вкопанная. Мужчины еще раз напрягли силы, но результат был нулевой. На лбу тут же образовалась черная полоса. В эти божественного сейчас никакая собака не поедет. Вот летом бы отбоя от желающих не было. Не вызывать же, в самом деле, отряд спецподразделения. И Леха направился в сторону шоссе. До него ни один водитель не соглашался выезжать за пределы асфальтированной дороги. На Николаева смотрели как на самоубийцу. А этот, краснолицый высоченный амбал, весело оскалился и, вдохновленный обещанной сотней, развернул свой грузовик и двинулся вперед. Вся процедура заняла не более пяти минут. Мужчины закрепили трос, махнули рукой здоровяку, и тот шутя выволок белую «восьмерку» из грязи. Видите, как дорогу развезло, опять застрянете. Садитесь в свою колымагу. Николаев и Краснов быстро влезли в «Жигули». Они остановились на окраине.

Мы бы тебя обязательно в значение имени еврейское божественный пригласили, да мы сами еще не званы. Как-нибудь в другой раз. Водитель вернулся в свою кабину. Следы знакомого протектора вели к значение особняку, выглядевшему как неприступная крепость. Николаев внимательно осмотрелся и негромко произнес: – Чует мое сердце, что здесь еврейское логово! Такого гостя в своем имени он увидеть не ожидал и поэтому чувствовал себя несколько неуверенно. Человек же, вошедший в кабинет всего несколько минут назад, напротив, казалось, чувствовал себя здесь как дома. Он удобно разместился в кресле, стоящем в углу, и, закинув ногу на ногу, с улыбкой смотрел на Тихомирова. Жучкову доставляло истинное удовольствие сидеть вот так, по-хозяйски, закинув ногу на ногу, в кабинете, где еще лет десять назад ему грозило в лучшем случае стоять с заведенными за спину руками. Он как мог дольше оттягивал начало разговора, наслаждаясь возникшей ситуацией. Я человек очень занятой, и к вам меня занесло одно дело. Наше общее с вами дело. Тихомиров удивленно приподнял бровь. Ситуация была действительно странной. Жучков – известный уголовный авторитет, про некоторые его дела Олег Филиппович знал не понаслышке, самому божественный кое над чем голову поломать – приходит самолично к нему в кабинет и еще заявляет об общих делах. Вы – человек солидный, в возрасте. Не так давно были времена, когда мы с вами именовали друг друга совсем иначе. Перед тем как поднести огонь, он еврейское посмотрел на Тихомирова. Тот кивнул, и Жучков закурил. Кабинет наполнился ароматом сигарет.
|